Почему исторической границей города считают несохранившееся кольцо

Тем, кто мог забыть, напоминаем: Москва отсчитывает свою историю с 1147 года — и не мудрено, что городские границы она меняла и расширяла не единожды. Все те кольца, которыми обвивала столица главного героя «Покровских ворот» Костика — то Бульварным, то Садовым, — некогда были аналогами МКАД. Разумеется, для своего времени. Бульварное кольцо — в девичестве Белый город, а Садовое когда-то было Земляным городом. Ну а недалеко от Садового кольца, примерно в 1–2 км, существует еще одно московское кольцо, которым тоже можно кого-нибудь обвить, — Камер-Коллежский вал, созданный (насыпанный) в 1742 году.

Прогулка от кабаков к монастырям: чем интересен Камер-Коллежский вал на карте Москвы

Наш старший коллега Лев Колодный неоднократно говорил и писал о необходимости сохранения и защиты исторического облика Москвы, а также о восстановлении утраченных шедевров «хотя бы в границах Камер-Коллежского вала». Звучит очень весомо и солидно, вот только далеко не все современные москвичи способны с ходу сориентироваться: что это такое — Камер-Коллежский вал, где он находится и почему внутри него спрятана какая-то особенная Москва.

Камер-Коллежский вал, в отличие от своих предшественников, замышлялся границей исключительно таможенной, а не оборонительной: к середине XVIII века необходимость защищать Москву от набегов каких-нибудь крымских татар практически отпала. Зато возникла новая напасть: необходимость защищаться от «понаехавших» купцов из соседних сел, деревень и городов. Создание Камер-Коллежского вала инициировали московские купцы, желавшие хоть как-то обезопасить себя от конкурентов. Так появилось кольцо с 18 заставами (по сути — таможенными пунктами), на которых проводили тщательную проверку всех ввозимых в Москву грузов. Здесь же за товары взимали пошлину. Оно же оставалось границей столицы до 1909 года, когда появилась Московская окружная железная дорога, сегодня известная нам как МЦК, — еще одно московское кольцо-граница, но уже ХХ века.

Где его искать?

Городская топонимика дает хорошие подсказки: если в названии улицы или площади есть слово «вал» или «застава» — скорее всего, когда-то она была частью Камер-Коллежского вала. Вот, например, Грузинский, Пресненский или Трехгорный Валы в северо-западной части города, Семеновский, Лефортовский и Госпитальный валы на востоке, площадь Серпуховская Застава на юге столицы и так далее. И если соединить на карте Москвы все эти валы и заставы воображаемой линией — точно как на уроке математики, провести прямую через несколько точек! — получится весьма правдоподобно воссоздать его контур.

Разумеется, это кольцо вовсе не идеально ровное. Никто не обводил контур Москвы, вооружившись циркулем (и до анекдота про кофейную чашку товарища Сталина было еще очень далеко).

Если внимательно посмотреть на этот контур, некоторые вещи могут показаться любопытными. На севере и юге Камер-Коллежский вал практически идеально совпадает с нынешним Третьим транспортным кольцом. На западе — здорово до него не дотягивает: историческими границами Москвы были Пресненский, Грузинский, Дорогомиловский и Хамовнический Валы — до «трешки» отсюда еще не меньше километра. Ну а на востоке, наоборот, Камер-Коллежский вал заметно выступает за контур ТТК и опоясывает районы Соколиная Гора, Преображенское и Богородское, а оттуда уходит через Сокольники к Крестовской заставе (Рижскому вокзалу).

Протяженность всего Камер-Коллежского вала — примерно 37 км. Для однодневной прогулки-экскурсии по Москве, конечно, многовато… хотя увлеченные краеведы — люди страшно выносливые! Главное — разобраться: а зачем по нему вообще гулять?

Сегодня районы, примыкающие к бывшему Камер-Коллежскому валу, — это не центр и не окраина, а какая-то невероятно обаятельная золотая середина. Ее настроение и атмосферу легко уловить, прогулявшись, например, от станции метро «Тульская» до «Шаболовской» по Серпуховскому Валу или от «Улицы 1905 года» до «Белорусской» — по Пресненскому и Грузинскому. Все это районы, где современная массовая застройка ХХ века максимально естественно перемешана с исторической и где неожиданный москвоведческий сюрприз может поджидать за любым поворотом — нужно только уметь его увидеть.

«Последний кабак у заставы»

Таможенная граница в XVIII и XIX веках — вещь нешуточная, и тут на «зеленый коридор», как в современных аэропортах, рассчитывать не стоило бы. Активнее всего, конечно, на въезде в Москву искали алкоголь. Естественно, купцы пытались сбыть товары, не доезжая до московских границ: платить налоги никому не хотелось.

Не нужно быть редким знатоком русской живописи, чтобы вспомнить картину Перова «Последний кабак у заставы». На ней можно разглядеть обелиски заставы, увенчанные двуглавыми орлами (увы, нигде в Москве они не сохранились), и путника, притормозившего около питейного заведения перед въездом в столицу. В общем-то, тут примерно как с городом N. — такое могло происходить абсолютно у любой из 18 застав на въезде в город: с внешней стороны они обрастали кабаками, банями, лавками, где у недобросовестных гостей столицы был последний шанс сбыть краденое.

Об этом, кстати, напоминает целый куст названий улиц на юго-западе Москвы — уже не валы и не заставы, нет, а кое-что поинтереснее. Например, улица Зацепа на юге Москвы, недалеко от нынешнего метро «Павелецкая». Одна из версий происхождения названия гласит, будто там стояла очередь на заставу вдоль цепи, отсюда и название. Впрочем, есть и другая версия, утверждающая, что зацеп — это длинный инструмент, которым ворошили сено, проверяя, не спрятано ли в глубине бутылок…

Так же, кстати, объясняется название расположенной неподалеку улицы Щипок: на ней проезжающие возы щипали, «щупали», выискивая контрабанду. Мытная улица — еще одно говорящее название — получила название в честь Мытного двора. Словом «мыт» обозначался таможенный взнос, который уплачивали за привезенный в столицу товар (чаще за скот). Улица тянется от Калужской Заставы (Земляной город) до Серпуховской Заставы на Камер-Коллежском валу, то есть соединяет как будто две таможенные эпохи, сильно отличающиеся друг от друга хотя бы внешне.

Заставы ликвидировали в 1852 году, зато в наследство от них нам остались многочисленные московские рынки. Об этом мало кто задумывается, но большинство из них — Даниловский, Усачевский, Дорогомиловский, Рогожский и другие — расположены именно там, где когда-то был въезд в город. Очень логично: привез народ свежие — фермерские, экологичные! — продукты, да и распродал на подступах к Москве, до заставы, чтобы налоги не платить.

Полукруг монастырей и кладбищ

Рынки — не единственное, что стоит искать около бывшей границы XVIII века: есть там вещи куда менее приземленные и материальные.

На юге Москвы Камер-Коллежский вал превращается в настоящий монастырский пояс, обвившийся вокруг столицы. Тут достаточно подключить пространственное мышление и провести прямую линию между несколькими точками — Новодевичьим, Донским, Даниловским и Симоновым монастырями (от последнего после 1930-х почти ничего не осталось, но тем не менее).

Если учесть, что в допетровские времена большинство неприятельских набегов на Москву случалось как раз с юга — невоспитанные крымские татары во время своих нашествий достигали Тулы, — монастыри здесь выполняли еще и оборонительную функцию. На юго-востоке игру можно продолжить: там в стройную линию выстроятся Новоспасский, Покровский и Спасо-Андроников монастыри, и линией этой будут Рогожский вал и Абельмановская улица (бывший Покровский Вал).

Каждый из этих монастырей имеет колоссальное значение для истории Москвы, каждый заслуживает длительной неспешной прогулки — лучше всего с экскурсией, — и каждый давно уж превратился из сугубо культового сооружения в точку притяжения для туристов. В Новодевичий идут, чтобы оценить красоту нарышкинского барокко и попытаться представить себе повешенных напротив окон кельи царевны Софьи стрельцов (что на картине Репина). В Новоспасский — найти могилы предков династии Романовых, например, бабушки царя Михаила. В Спасо-Андроников монастырь людей влечет самый древний, 1425 года постройки, храм столицы, а в некрополе Донского монастыря можно попробовать уловить дух безвременно ушедшей старой, дореволюционной Москвы, героями которой были писатель Иван Шмелев и архитектор Осип Бове. В конце концов, Камер-Коллежский вал как явление принадлежит именно их эпохе, а не нашей.

Где монастыри, там зачастую и кладбища. И если с некоторыми из них все очевидно — к примеру, главное кладбище города и страны, Новодевичье, отсчитывает свою историю аж с XVI века, — то у иных есть интрига.

В 1772 году в Москву пришла чума. Тогда покойников запретили хоронить в городской черте: боялись распространения заразы. Погосты вынесли за границы Камер-Коллежского вала — так появилось, например, Ваганьковское кладбище, которое сегодня считается очень даже центральным, хотя еще столетие назад находилось за городской границей.

«От Москвы 2 версты»

Каждый второй представитель креативного класса в Москве сегодня может похвастаться тем, что он работает на территории лофт-квартала. И это почти наверняка означает, что трудится он где-то около бывшего Камер-Коллежского вала. Лофты — выстроенные из красного кирпича оазисы современной деловой жизни — это бывшие московские заводы и фабрики. Например, Бадаевский пивзавод, Трехгорная и Даниловская мануфактуры, завод «Красный богатырь» (бывший когда-то Московским товариществом резиновой мануфактуры), «Флакон» (старая хрустальная фабрика) и многие другие, которые все вместе составляют т.н. ржавый пояс Москвы. Так в городском фольклоре называлось кольцо промышленных предприятий, которые размещали, конечно же, на окраинах или вовсе за городской чертой. Они, конечно, появились уже позже XVIII века, но тоже по-своему интересны.

Вещественных памятников — настоящих свидетелей существования Камер-Коллежского вала — осталось совсем мало. Например, у бывшей Пресненской Заставы (в окрестностях станции метро «Улица 1905 года») уцелело здание кордегардии, то есть караульного помещения. Совершенно неприметный на первый взгляд домик, в котором дворники некогда хранили метлы, будто бы не производит впечатления памятника — однако он стоял на этом месте задолго до того самого 1905 года, когда на Пресне случилось Декабрьское восстание, в честь которого назван местный сквер.

У Рогожской Заставы (около станций метро «Римская» и «Площадь Ильича») сохранился верстовой столб «От Москвы 2 версты», обозначавший расстояние до Садового кольца. Там же неподалеку можно найти неплохо сохранившийся ансамбль Рогожской ямской слободы — нынешняя Школьная улица; здесь когда-то останавливались на отдых перед въездом в Москву обозы ямщиков, и дома строили с учетом их потребностей: сверху жилые помещения, а на первом этаже — сарай для телег и карет.

Ну а сам вал — возвышение, насыпь — частично сохранился около Новодевичьего монастыря: собственно Хамовнический вал, по которому сейчас проходит часть ТТК и проложены рельсы МЦК. Еще один участок, но совсем небольшой, уцелел в самом конце Трехгорного Вала, почти у набережной (на пересечении с улицами Рочдельская и Мантулинская). Впрочем, не исключено, что из-за близости реки в этих местах рельеф изначально был более выразительным.

СПРАВКА "МК"

Само название произошло от соответствующего ведомства — Камер-коллегии, которая начала работать в 1718 году. Ее основной задачей было управление государственными доходами, в том числе сбор налогов и пошлин. Чиновники этого органа власти и придумали таможенный вал по периметру Москвы.

Источник: www.mk.ru

От admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *